Баннеры

 

 

 

 

Социум как он есть 

ЛЕВ ЛАНДАУ. ПОСЛЕДНИЙ ЭНЦИКЛОПЕДИСТ СОВРЕМЕННОСТИ

24 января 2018

Убеленные сединами российские академики хорошо помнят капустник, посвященный 50-летию выдающегося советского физика Льва Ландау, - настоящий праздник веселого свободомыслия, ставшего возможным только во времена хрущевской «оттепели». Зал покатывался с хохота, когда кто-то из учеников Ландау заявил, что с уходом Льва Давидовича из бакинского экономического техникума «Советский Союз потерял способного завмага».

Удивительно, но Ландау, который не мог вспомнить себя не умеющим «дифференцировать и интегрировать», родители готовили карьеру экономиста в торговле, хотя сами к этой сфере деятельности никакого отношения не имели.

Мать  великого физика, Любовь Вельяминовна, была известным в Баку врачом-гинекологом. Отец, Давид Львович, слыл личностью незаурядной - талантливый инженер, обладающий большими организационными способностями, он попал в поле зрения дома Ротшильдов, еще работая в Петербурге. Ландау-старшего пригласили в Баку, чтобы поручить организацию нефтедобычи на балаханских промыслах. К нему недолго присматривались, и очень скоро предложили должность управляющего всеми нефтепромыслами Каспийско-Черноморского нефтепромышленного и торгового общества, принадлежавшего баронам Ротшильдам.

Семья Ландау. В центре отец ученого Давид Львович Ландау

Очевидно, Давид Львович чувствовал себя совершенно счастливым - ответственная, как сейчас бы сказали, престижная работа, прекрасное жалование и дружная семья, занявшая весь третий этаж солидного дома на углу старых бакинских улиц - Торговой и Красноводской. Карьера управляющего промыслами развивалась стремительно. Уже после Февральской революции нефтепромышленники Баку именно Давиду Львовичу поручили вести далеко не простые переговоры с рабочими о заключении трудового договора. Посредником на них выступал министр труда Временного правительства М. Скобелев, и этот эпизод биографии отца Льву Ландау припомнят при аресте в 1938 году.

Если бы не заступничество академика Петра Капицы перед самим Сталиным, мир не узнал бы гениального физика Ландау, а заключенный под этим именем так и безвестно трудился бы в тайных лабораториях Гулага - «шарашках». Однако год в следственном изоляторе НКВД молодой ученый все-таки провел. Но самого Давида Львовича после революции никто не трогал, он еще добрый десяток лет продолжал трудиться в объединении «Азнефть».

Семья Ландау с полным основанием могла гордиться своими детьми. Дочка, Софья Давидовна, с которой брат Лев всю жизнь поддерживал самые теплые отношения, стала инженером-химиком. А сын прослыл необычайно одаренным еще в детстве. Он блестяще окончил школу уже в тринадцать лет, буквально, болел математикой и физикой, но родители посчитали, что в трудные, не самые сытые годы, надо иметь  «земную» профессию.  Но Лев всего лишь год проучился в экономическом техникуме. Призвание уводило его в серьезную науку, и в шестнадцать лет он стал студентом стразу двух факультетов Бакинского университета - физического и химического. Через два года Лев переводится в Ленинградский Университет, но теплые чувства к городу своего детства он сохранил навсегда.

Все вехи жизненного пути Льва Ландау известны очень хорошо. Его самый близкий друг академик Евгений Михайлович Лифшиц утверждал, что должно быть написано несколько биографий этой удивительной личности: научная, его деятельности как педагога, общечеловеческая и даже юмористическая. Действительно, Лев Давидович был веселым человеком. Его дерзкое, неожиданное чувство юмора, афористичность мышления, своеобразная интерпретация норм общепринятой морали были притчей во языцех в академической среде. Но ему позволялось все или почти все. Научный мир очень рано признал его гениальным, и эту оценку он оправдывал всю свою жизнь.

Участники конференции по теоретической физике в Харькове. 1929 г. Во втором ряду (в белой рубашке) - Лев Ландау.

В 26 лет без защиты темы он стал доктором физико-математических наук, а еще через год профессором и заведующим кафедрой общей физики Харьковского университета. Именно тогда Ландау сформулировал свою жизненную задачу - создать собственную школу учеников и соратников и написать полный курс теоретической физики, по-новому взглянув на все глобальные проблемы этой науки. Академик Е. Лифшиц, ставший соавтором по этому фундаментальному труду, говорил, что наполеоновские планы - не редкость для молодых людей, коими они оба были в годы работы в Харькове. Наивысшая редкость и огромная удача - то, что эти планы удалось блестяще осуществить.

Ученые считают, что «Курс теоретической физики» Ландау и Лившица, охвативший все направления этой науки, заложил основу фундаментальной дисциплины - теоретической физики.  Ландау считал, что она может ответить на новые научные вызовы, которые его особенно интересовали. Он всегда стремился к неизведанному, объясняя эту позицию собственным афоризмом: «Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на решение уже решенных задач». Круг научных интересов Ландау был необычайно широк - от изучения свойств гелия и квантовой механики до теории горения и военной атомной проблематики. В 1962 году он, ученый, удостоенный всех высших наград и научных премий СССР, стал Нобелевским лауреатом за создание «основополагающих теорий конденсированной материи».

Президент Академии наук М. В. Келдыш поздравляет Ландау с присуждением ему Нобелевской премии.

Льву Ландау удалось воплотить в жизнь еще одно, как он сам говорил, «свое предназначение»  - создать собственную научную школу. Он заложил ее основы еще в годы работы в Харькове, где проводил свои знаменитые семинары. Они привлекали многих высокоодаренных молодых физиков, но Ландау предъявлял самые жесткие условия для участия в них. Соискатели на «звание» ученика Ландау должны были сдать тяжелейший «теоретический минимум».

Семинар действовал на протяжении 30 лет, поток желающих участвовать в нем никогда не ослабевал, но только тридцать человек сумели успешно пройти экзамен у великого физика, чтобы считаться учениками его школы. Зато все они, без исключения, стали замечательными учеными, исповедующими главный концептуальный принцип великого Дау - необходимо «тривиализировать» научную задачу.  Под этим, придуманным самим Ландау термином, ученый понимал очень быстрое схватывание сути проблемы и ее математическое обоснование. Сам Лев Давидович владел этим методом блестяще, обосновав его еще одним своим афоризмом: «Физик стремится сделать сложные вещи - простыми. А поэт - простые вещи - сложными».

В центре - Ландау с супругой, слева - Нильс Бор, справа - Маргарет Бор. 1961 г.

Жизненный путь Ландау закончился трагически.  В 54-летнем в возрасте он попал в ужасающую автомобильную катастрофу, в которой не только получил тяжелейшие травмы, но и почти потерял память. Врачи пытались восстановить ее всеми доступными средствами, разработали даже высокоэнергетическую диету. С «малой родины», из Азербайджана, ему регулярно присылали высокогорный мед, дары Каспийского моря, но все было тщетно. Нобелевский лауреат не смог оправиться от последствий роковой катастрофы, и умер, так и не сумев вернуться к творческой деятельности.

Ландау 60 лет. Чаепитие в кругу семьи. Справа от Льва Давидовича - Кора и их сын Игорь; слева - жена Игоря Светлана. 1968 г.

В год смерти Ландау вышел двухтомник его научного наследия. Мировая пресса была потрясена - его фундаментальные труды, написанные в блестящем стиле, сравнивали, по силе воздействия на просвещенного человека, с полным собранием пьес Шекспира и Кехелевским каталогом сочинений Моцарта. И этот огромный научный охват самых разных проблем, потрясающая эрудиция автора, скрупулезная математическая логика и точнейший анализ неизвестных ранее феноменов, - позволили мировой научной общественности считать нашего земляка, выдающегося физика Льва Давидовича Ландау, последним энциклопедистом современности.

Нателла Ахундова, журналист, вице-президент Американо-Азербайджанского Фонда Содействия Прогрессу.

NET-FAX - NET-ФАКС