Баннеры

 

 

 

 

Мир и мы 

БЛИЖНИЙ ВОСТОК. УРАВНЕНИЕ СО МНОГИМИ НЕИЗВЕСТНЫМИ

24 декабря 2018

Интервью Главного эксперта Американо-Азербайджанского Фонда Содействия Прогрессу Алексея Синицына  агентству Sputnik.

- 2018 год в ближневосточном контексте закончился, как говориться, на тихой волне - мировые СМИ все меньше пишут о войне в Сирии, Йемене, Ливии. Даже конфронтация Ирана и США, которая, казалось, скоро может перейти в военную фазу исчезла из топ-новостей. Значит ли это, что пресловутая «арабская весна» бесславно завершилась, а 2019 год может стать временем некоего умиротворения Ближнего Востока?

- Сначала об «арабской весне». Сейчас ближневосточная пресса не без злорадного удовольствия пишет о том, что «арабская весна», приняв форму движения «Желтых жилетов», перекинулась в Европу. Об этом же в открытом письме Эммануэлю Макрону говорит гуру западных интеллектуалов Насим Талеб, автор нескольких экономических бестселлеров. Но это, наверное, преувеличение.

К тому же ИГИЛ до конца не разгромлено. Псевдохалифат понес тяжелые потери от действий сирийской армии и российских ВКС. Последние мощные удары в формате операции «Jazeera Storm» в районе Хаджина наносили курдские отряды SDF при поддержке спецназа и авиации США. Они пытаются вновь взять под контроль границу с Ираком, откуда ИГИЛ выбил курдов в ноябре, превратив Хаджин, в плацдарм своих операций на восточном берегу Евфрата. Но без американцев ИГИЛ может спокойно вернуться в Сирию, точнее на те территории востока страны, которые раньше находились в зоне ответственности коалиции.

Американцы нещадно бомбили Хаджин, точно так же, как раньше стирали с лица земли Мосул и Ракку. Но не предпринимали никаких действий в отношении иракской группировки ИГИЛ, предоставив ее заботам иракской армии. Та же за год совершила против боевиков не менее 1500 боевых вылетов самолетов и вертолетов. Но без особого успеха, что неудивительно - в Ираке полгода не могут сформировать дееспособное правительство и даже назначить министров обороны и внутренних дел. 

- Из очередного твитта Дональда Трампа  мир узнал о том, что американцы якобы готовятся вообще уйти из Сирии в течение 100 дней. Возможно ли считать вывод американских военных из Сирии одним из позитивных итогов 2018 года?

- Насколько я помню, американцы ушли только из Индокитая. Но не по доброй воле. Их оттуда выбили в ходе вьетнамской войны. Поэтому пресловутые 100 дней могут растянуться на годы, как это происходит в Афганистане.            

Трудно представить, что США отказались от планов раздела Сирии. Я имею в виду не только расчленение этого государства на Рожаву, т.е. «Сирийский Курдистан», и остальную Сирию. Но и отторжение от САР достаточно большого плацдарма на юге страны, с которого арабские боевики могли бы организовать наступление в глубину сирийской территории, включая Пальмиру и даже Дамаск.

Эти группы террористов полностью контролируются американскими военными, но по каким-то неведомым обстоятельствам в эту 100-километровую зону в районе ат-Танфа постоянно просачиваются сотни боевиков ИГИЛ, которые инкорпорируются в созданную Пентагоном т.н. «Новую сирийскую армию».

Однако серьезные источники сообщают о полевой базе Сил специальных операций РФ в провинции Сувейда, точнее, в районе Заза, где в прошлом году располагался передовой опорный пункт американского спецназа. Очевидно, именно эта база российских ССО успешно блокирует все действия боевиков, осуществляемых с территории, которую Дамаск официально объявил «оккупированной США». Может быть, этот факт побудил Трампа отдать приказ о выводе американцев из Сирии.

- Но еще недавно все мировые СМИ утверждали, что самой сложной проблемой для Москвы и Дамаска является провинция Идлиб, где собраны не менее 60 тысяч боевиков, большую часть которых составляют террористы Джабхат-ан-Нусры. Анкара предложила создать в этой районе «зону деэскалации», чтобы отделить от нусритов и их союзников «умеренных» боевиков и разоружить или даже уничтожить радикалов. Это удалось сделать?

- Только частично. Анкара выводит из Идлиба протурецкие вооруженные группы (около 15 тысяч штыков), которые в новой военной операции турецкого генштаба должны были бы отбросить курдские отряды SDF, PYD и YPG от сирийско-турецкой границы. Кстати, требования турков не так, уж, и велики - создать в Сирийском Курдистане 40-километровую буферную зону, свободную от тех курдских структур, которые Турция считает террористическими.

Интересно, что это давление Анкары открывает возможности новых, действительно перспективных переговоров между Дамаском, Анкарой, Москвой и курдскими партиями. Последние уже обвинили Трампа в предательстве, но на самом деле уход американцев создает реальные условия для сохранения единого сирийского государства.

Я думаю, что все внешние  фигуранты «большой игры» в Сирии могут и уже находят определенное взаимопонимание. Примером этому может служить совместная работа астанинской группы над созданием конституционных органов будущей свободной Сирии. Неслучайно же глава МИД Турции Мевлют Чавушоглу заявил оппонентам: «Мы работаем с Россией и с Ираном, нравится вам это или нет. Но пока мы не видели никакой поддержки со стороны партнеров, со стороны коалиции».       

Что касается Джабхат-ан-Нусры, которая сейчас именует себя «Хайят Тахрир аш-Шам» и даже готовит новый ребрендинг, то вырваться из огромного идлибского котла в направлении Латакии или Алеппо ей уже не удастся. Очевидно, до весны судьба этой группировки будет решена окончательна.

- Весь 2018 год прошел под знаком возможного противостояния США и Ирана, прежде всего, в зоне Персидского Залива. К счастью, никаких военных столкновений там не произошло. Но в феврале нового года Исламская Республика будет отмечать 40-летний юбилей со дня своего основания, к празднованию которого советник президента США по национальной безопасности Джон Болтон публично призывал свергнуть правящий режим. Насколько реальна такая опасная перспектива?

-  В 2018 году Дональд Трамп публично объявил о своей цели - добиться полного прекращения иранского нефтяного экспорта. Он, конечно, снизился, но не прекратился, а иранская экономика, которую сами иранцы называют «экономикой Сопротивления», кажется, достаточно приспособилась к санкционному давлению. Кстати, иранские танкеры, которые идут с выключенными транспондерами, никто не собирается топить в океане.

Вероятно, сыграло свою роль предупреждение президента Роухани: «Если однажды они (США) захотят помешать экспорту иранской нефти, нефть вообще не будет экспортироваться через Персидский залив».

Стороны обменялись угрозами, но, видимо, правы оказались аналитики The National Interest, сообщившие, что в Пентагоне считают «смертельно опасными» иранские вооружения - «баллистические ракеты «Саджил» с дальностью до 2500 км, подлодки «Гадир», антикорабельные ракеты «Халидж-е Фарс» и российские ЗРК С-300».

Иранская тема, вообще, несколько потеряла свою актуальность и для СМИ, и для политиков. Ведь сам американский президент заявил, что целью пребывания американских войск в Сирии всегда была только борьба с ИГИЛ. Про заявления  своего всесильного советника Джона Болтона о том, что США находятся в Сирии ради борьбы с иранским влиянием, Трамп даже не упомянул.

Однако нет никаких гарантий, что 2019 год не принесет какие-то неприятные сюрпризы на иранском, сирийском или ином ближневосточном направлении. Слишком крутые зигзаги американской Twitter-дипломатии таят в себе массу неожиданностей, как для всего остального мира, так и для самих американцев.

Александра Зуева (Sputnik)

Аналитический отдел

NET-FAX - NET-ФАКС