Баннеры

 

 

 

 

Социум как он есть 

МНИМЫЕ ГЕРОИ ИЗ-ЗА ЖЕЛЕЗНОГО ЗАНАВЕСА

25 октября 2017

Моритц Гатманн, публицист (Германия):

 - Акции и заявления ФЕМЕН, Пусси Райот  или Петра Павленского, с которыми они выступили после отъезда из России, уже не вызывают былого ажиотажа. Только публика не учится на этом опыте, предпочитая искать новых «героев». За годы работы в России в качестве корреспондента мне уже не раз приходилось наблюдать, как немецкие СМИ раздувают истории различных активистов и организаторов скандальных «перформансов» из Восточной Европы, преподнося их как «героев».

Так было и с участницами группы Пусси Райот, «самой хорошенькой из которых всё же удалось попасть на обложку «Шпигель», и с украинскими активистками из движения ФЕМЕН, которые со своими протестами с голой грудью «против всего и всех» попадали на первые страницы немецких газет, и с петербуржцем Петром Павленским, художником-акционистом.

Немецкие журналисты посвящали Павленскому «многостраничные хвалебные гимны», когда против него в России завели дело за поджог входной двери ФСБ. При этом схема, по которой немецкие СМИ создают этих «героев», обычно одна и та же: с одной стороны - «смелые художники», которые вступают в неравный бой с системой, как «Давид против Голиафа», и своими скандальными протестами выражают «волю к свободе», а с другой - «репрессивное государство», которое «сажает их за это в тюрьму».

Украинские феменистки "борятся" с Путиным.

 

Своими хвалебными гимнами на страницах западных изданий они тоже вносят свой вклад в «героическую борьбу». Однако, следует признать, что в таких «авторитарных государствах, таких как Россия или Китай», некоторые «свободные художники» действительно подвергаются «значительным и несправедливым репрессиям».

Но с другой стороны - необходимо осознавать, что подобная «героизация» на самом деле зачастую не имеет никакого отношения к личности и действиям данных персонажей.

Нам бы стоило задуматься о том, почему украинские и русские феминстки-акционистки, а теперь и Павленский выглядят совсем иначе, когда они действуют не в далёкой Москве, Санкт-Петербурге или Киеве, а у нас перед глазами.

Нечто похожее происходит и с другими «героями» и «любимцами Запада» из других культурных кругов: например, заявления китайца Ай Вейвея «вызывают гораздо больше недоумения» с тех пор, как он живёт в Германии.

Такое превращение можно сравнить с камешком, который вызывает искреннее восхищение, когда его случайно находят во время отпуска где-нибудь в горном ручье или в море. Он так загадочно переливается, его цвета кажутся нереальными. Вы его достаёте из воды, берете с собой домой. А там, на подоконнике, в Берлине или в Штутгарте он вдруг выглядит совсем иначе: он больше не блестит, он серый. Он - совершенно нормальный, скучный камень.

Точно так же происходит и с организаторами скандальных «перформансов». Много ажиотажа, но мало содержания. Помните, первую акцию украинских феминисток в Германии, когда на открытии магазина игрушек они «окрестили» одну куклу Барби, а затем демонстративно её сожгли. Это была типичная примитивная акция ФЕМЕН, которая ни о чем не говорит.

Однако если подобные действия «на варварском Востоке» вызывали множество разговоров - то теперь на Западе их «в лучшем случае игнорируют», или характеризуют даже «с некоторым отчуждением», которое можно было заметить в СМИ. Нечто похожее случилось и с участницами группы Пусси Райот. Как чествовали у нас этих женщин, которые, якобы, проучили и напугали Путина! Им хотели присудить премию Сахарова, премию Лютера и бог знает что ещё. А затем Надежда Толоконникова приезжает в Берлин, и все в недоумении. Я хорошо помню один репортаж с выступления активистки на Берлинале.

Толоконниковой и подружкам не нравится Олимпиада в Сочи. "Казаки" тоже ряженые.


Тогда журналисты и деятели искусства совершали паломничества к своей героине, чтобы наконец получить просветление. И что же они услышали? Банальности о свободе и феминизме.

Петербуржец Павленский тоже стал знаменитостью «по следам Толоконниковой и компании», прославившись тем, что «в знак протеста против репрессий Кремля» прибивал гвоздями себе мошонку на Красной площади, а также зашивал себе рот и заворачивался голым в колючую проволоку, провозглашая при этом «мысли свободы».

За это Павленского осыпали похвалами на Западе, превознося его «мужество» и «разрушительную силу». Наконец, в Москве он поджёг входные двери ФСБ, за что был арестован, но отделался в итоге денежным штрафом.

Это вызвало очередную шумиху на Западе - в то время как соотечественники искренне не понимали Павленского. Я сам хорошо помню растерянного российского сотрудника одного немецкого журнала, который целые дни переводил для редактора стенограммы процесса. Он не мог понять, для чего это надо. Мне пришлось ему объяснить: «Это -свобода искусства против авторитарного государства.  Эта же разрушительна сила! Это мужество! Мы любим это! А Вы когда-нибудь пробовали поджечь входную дверь в БНД или в ЦРУ? Лучше не пытайтесь».

Павленский протестует у стен Кремля. Так просто с площади его не соскребешь. Уже кое-что прибил гвоздями к брусчатке. 

Однако карьера Павленского в России закончилась довольно бесславно, когда актриса одного независимого театра обвинила его в попытке изнасилования. И хотя Павленский всё отрицал и называл «уловкой властей, чтобы заткнуть ему рот», всё же из соображений осторожности он бежал со своей женой во Францию. Что же теперь скажут на это наши журналисты? Пожалуй, ничего. Важнее его самого - тот идол, который сражается против авторитарного государства.

Блеск Павленского на Западе быстро пропал: в сентябре он уже рассказывал в интервью СМИ, как ездит без билета на метро, живёт в незаконно занятом доме и ворует еду в супермаркетах. По словам самого активиста, он начал жить, «как и большинство парижан». А затем устроил новую скандальную акцию, решив на этот раз поджечь фасад Банка Франции. Но вряд ли история Павленского наконец раскроет глаза западной публике на протестантов Восточной Европы.

В конце концов, его, пожалуй, за это осудят, потому что это и в правовом государстве Франции является в первую очередь преступлением. Возможно, художника потом отошлют назад в Россию и там, возможно, осудят за попытку изнасилования. Блеск пропал. Но ничего, я уверен, что скоро мы найдём новых героев.

Аналитический отдел

NET-FAX - NET-ФАКС