Баннеры

 

 

 

 

Мир и мы 

«ПРОБНЫЙ ШАР» ОТ НАЛБАНДЯНА ИЛИ НОВЫЙ ПЕРЕГОВОРНЫЙ ИМПУЛЬС?

01 октября 2017

Интервью политического обозревателя газеты «Каспiй» Романа Темникова с вице-президентом Американо-Азербайджанского Фонда Содействия Прогрессу, доцентом кафедры политологии Академии госуправления при Президенте Азербайджана Еленой Касумовой.

Р. Темников: - Выступая на  VI Всеармянском форуме «Армения-Диаспора» глава МИД Армении Эдвард Налбандян заявил, что с Азербайджаном обсуждается вопрос освобождения некоторых территорий, возврат которых «не будет представлять угрозы для Карабаха». Ваша оценка этого заявления армянского министра и о каких районах может идти речь?

Е. Касумова: - Карабахский переговорный процесс - один из самых длительных, невероятно трудных и, надо признать,  один из самых закрытых в истории современной дипломатии. Пожалуй, о его трендах можно более или менее определенно судить только по прощальному заявлению американского экс-сопредседателя Минской группы ОБСЕ Ричарда Хогланда, статье годичной давности в atlanticcouncil.org, авторство которой принадлежит еще одному бывшему сопредседателю Мэтью Брайзе, и некоторым другим случайным или неслучайным утечкам.

 Как утверждает Мэтью Брайза, а его информация выглядит вполне достоверной, 20 июня 2016 года президент Владимир Путин на встрече со своими армянским и азербайджанским коллегами предложил двигаться вперед постепенно и вернуть два района в обмен на возобновление Азербайджаном транзита и экономических связей с Арменией. С условием, что все остальные вопросы будут обсуждены потом.

Брайза утверждает, что Серж Саргсян и Ильгам Алиев приветствовали предложение Путина, хотя формально не приняли его. Однако 17 июля вооруженная группа армянских экстремистов, известная как «Сасна Црер», захватила полицейский участок в Ереване. Путчисты, занявшие по вопросу Карабаха крайне агрессивную позицию, были восприняты армянским обществом как национальные герои, и это не могло не сказаться на переговорной позиции Еревана.

Есть информация, что после победной для Азербайджана «четырехдневной войны», на переговорах речь действительно шла о возвращении двух районов в обмен на деблокаду. Но  после мятежа «Сасна Црер» Армения вывела этот пункт из переговорной повестки и стала педалировать только на размещении средств наблюдения на линии фронта. Но какую бы непримиримую позицию по карабахскому конфликту не занимало бы армянское общество, в армянском руководстве давно поняли, что соотношение сил и средств в глобальном военном контексте сложилось далеко не в пользу Армении.

Очевидно, это стало причиной того, что Ереван намекнул о готовности на своих условиях все-таки обсудить возможную передачу двух районов Азербайджану. Надо полагать, Агдама и Физули. Однако Налбандян публично озвучил это намерение только для того, чтобы закинуть «пробный шар» - проверить, как «мировое армянство» отнесется к идее деоккупации прилегающих к Карабаху захваченных азербайджанских земель. Но не больше.

Р. Темников: - Тогда почему Налбандян заговорил об этом именно сейчас, спустя более 20 лет после заключения перемирия?

Е. Касумова: - Все эти годы, вплоть до начала Апрельской войны, Ереван был уверен в неоспоримом преимуществе армянской армии над азербайджанской. Поэтому и выступал с позиции силы. Может быть, я кого-то разочарую, но заявление Налбандяна я рассматриваю, как хитроумную провокацию. В ответ на министерский демарш армянская диаспора, буквально, взорвалась гневом, наиболее активным выразителем которого стала марсельская делегация на форуме «Армения-Диаспора». И сразу же вся армянская пресса стала утверждать, что слова Налбандяна о сдаче районов вырваны из контекста его заявления агентству «Интерфакс» российскими и азербайджанскими СМИ.

Сам глава армянского МИД фактически дезавуировал собственные высказывания о путях карабахского урегулирования, отвечая на вопросы журналистов и участников ереванского форума, в формате т.н. панели «Актуальные внешнеполитические вызовы и сотрудничество Армения-Диаспора в деле их отражения».        

И, наконец, точку поставил «рупор» армянского милитаризма, замминистра иностранных дел Шаварш Кочарян, прямо заявивший, что никаких уступок Азербайджану не будет, а, главное, вернуться к резолюции Венской встречи, которую в Армении понимают только как сохранение статус-кво на линии соприкосновения армянских и азербайджанских войск в Карабахе. «В переговорном процессе прогресс невозможен без доверия между сторонами. То есть, если стреляют, провоцируют, отсутствуют механизмы расследования инцидентов... Прогресс тем более невозможен без участия Арцаха. Вот и все», - поставил точку Шаварш Кочарян.

Р. Темников: - А в чем же суть провокации Налбандяна?

Е. Касумова: - В том, что теперь на переговорах с сопредседателями МГ ОБСЕ армяне будут объяснять свою неуступчивость согласованной позицией всего «мирового армянства» - многочисленной диаспоры, населения Армении и (это надо подчеркнуть) самопровозглашенной «НКР». Логика проста: не может же Ереван идти против воли всего армянского народа, а, значит, этот карт-бланш на категоричность необходимо учесть модератором переговорного процесса.

Следовательно, по мнению армян, надо снова и снова обсуждать «механизмы расследования нарушения режима прекращения огня», подвести под них материальную базу - кто и как разместит на линии фронта средства наблюдении - как наказывать нарушителей перемирия и т.д. и т.д. Это путь даже не в тупик, из которого можно выйти, дав задний ход, а в какое-то «никуда», если, конечно, у этого понятия есть экзистенциальный формат.    

Р. Темников: - Раз, уж, речь зашла о самопровозглашенной «НКР», то насколько серьезно следует воспринимать заявление Налбандяна о том, что в случае начала военных действий Армения признает «НКР»?

Е. Касумова: - Все зависит от масштабов военной операции азербайджанских ВС в Нагорном Карабахе. Я категорически не согласна с термином «контртеррористическая операция», потому что нашей армии придется вступать в бой не с «незаконными вооруженными формированиями», а с армянским оккупационным корпусом. Даже, если быть точнее, со всеми армянскими вооруженными силами.

Так вот, если азербайджанская армия перейдет в наступление, то Еревану придется думать не о признании сепаратистского режима, а смириться с фактом его физического исчезновения. Надо  заметить, что т.н. «признание НКР» для армян всегда было «картой в рукаве», которую они готовы были вытащить перед мировым сообществом. И даже попытались сделать это в апреле-мае 2016 года. Но последовал грозный оклик Москвы, мол, тогда рушится вся концептуальная структура переговорного процесса, что влечет за собой непредсказуемые для Армении последствия. Эту позицию, правда, довольно вяло поддержали и другие внешние игроки карабахского урегулирования. В Ереване сразу же засуетились и в одночасье пункт о признании «НКР» благополучно исчез из парламентской повестки Национального Собрания РА.

Но, вот, на что необходимо обратить особое внимание - армянская диаспора, фактически, поручила Еревану любыми путями усадить за стол переговоров представителей сепаратистского режима. Эту позицию, кстати, разделял бывший сопредседатель Минской группы от США Джеймс Уорлик. Остается надеяться, что новому американскому сопредседателю Эндрю Шеферу будет ближе видение карабахской проблематики глазами его предшественника Ричарда Хогланда, который настаивал на реализации известных Мадридских принципов, в их т.н. «казанской» интерпретации. Ее предложил еще Дмитрий Медведев на саммите трех президентов в столице Татарстана.

Но, я думаю, в порядке любопытной информации необходимо сказать пару слов о позиции самих карабахских сепаратистов. Они, как Бурбоны перед возвращением Наполеона во Францию - «ничего не забыли и ничему не научились». Уроки Апрельской войны они явно не усвоили. «Министр иностранных дел» опереточного самообразования Карен Мирзоян гордо заявил, что «ни одна территория не может рассматриваться иначе, как неотъемлемая часть НКР». Не случайно Мирзоян стал одной из медийных «звезд» на всеармянском форуме в Ереване.          

Р. Темников: - Позиция «НКР» абсолютна понятна, но означает ли заявление Налбандяна, что Ереван опасается военных ударов Национальной армии Азербайджана после апрельских боев 2016 года?

Е. Касумова: - Назовем вещи своими именами: не опасается, а откровенно боится. Я же говорю, что армянское руководство точно оценило мощь азербайджанских вооруженных сил. Помните, самые масштабные военные учения Армении «Шант-2015»? Отрабатывали все возможные сценарии, включая эвакуацию населения Еревана и даже вывоз рукописей из Матенадарана в тайные хранилища. Что это, как не игра подсознания, непроизвольное выражение глубоко загнанного страха перед «нашествием» азербайджанских войск?

Р. Темников: - Можно ли в свете этих заявлений армянского министра говорить о том, что международные посредники, в частности Россия, начали оказывать, наконец-то, все усиливающееся давление на официальный Ереван с целью добиться реальных подвижек в вопросе урегулирования карабахского конфликта?

Е. Касумова: - Я так не думаю. Мне кажется, что никто из мировых геополитических игроков сейчас активно не занимается проблематикой армяно-азербайджанских отношений или делает это в каком-то инерционном режиме. Слишком много новых вызовов появилось в сегодняшней мировой политике: Северная Корея, Иран, Сирия, Украина, теперь даже Латинская Америка - Венесуэла и Куба.

И потом, Москва сейчас явно присматривается к политике Армении, которая почти шантажирует Кремль своим возможным разворотом на Запад. Многое станет ясно после брюссельского саммита «Восточного партнерства», на котором Ереван обещает подписать с Евросоюзом «соглашение о всеобъемлющем и расширенном партнерстве». Этот шаг Армении окончательно вынудит Кремль пересмотреть свою позицию по многим вопросам геополитической ситуации на Южном Кавказе, включая и состояние карабахского переговорного процесса.

Конечно, Запад тоже не останется безучастным наблюдателем, тем более, что Вашингтон и Европа как-то повышенно активно выражают Еревану свои симпатии. Как минимум, в плане обещаний инвестировать миллиарды долларов в армянскую экономику и расширить военно-техническое сотрудничество НАТО с Арменией. Но все это произойдет не сегодня, придется дождаться хотя бы начала нового года.

Аналитический отдел

NET-FAX - NET-ФАКС